Россошь Воскресенье, 14 августа
Общество, 03.08.2022 11:30

Гитарист «Сектора Газа» об истоках группы


Только что закончился июль — самый знаковый месяц года для поклонников группы «Сектор Газа». 4-е число — чёрный день, когда скончался лидер воронежских панк-рокеров Юрий Клинских (Хой). А 27 июля — день рождения музыканта. В 2022 году ему исполнилось бы 58…

«Сектор Газа» уже давно признанная легенда российского рока, с миллионами фанатов по всей стране и за её пределами. Помните концерт Донецкого оркестра имени Прокофьева, который в июле этого года на крыше одной из высоток исполнил симфоническую версию «Пора домой»? И ответочку музыкантов воронежской филармонии — «Туман»? А в День ВМФ кавер-версии на обе песни сыграл сводный военный оркестр учебно-научного центра ВМФ в Санкт-Петербурге!

Популярность группы переживает очередной виток и благодаря фанатам футбольного клуба «Факел». У них появилась традиция — перед матчами любимой команды исполнять песни Хоя и компании. Самая любимая композиция — «Колхозный панк». Ролик, где «факелоны» на стадионе в Липецке исполняют этот хит в две тысячи голосов, набрал почти сто тысяч просмотров в сети.

 «Колхозного панка» сыграл Игорь Кущев — гитарист первого состава группы, который работал с Хоем с 1989 по 1991 год. За этот короткий период музыканты выпустили пять альбомов, в том числе и озорную песню про колхозного панка, который «пистонит» рок на баяне. «Юрку тогда пёрло, он мог в день выдавать по две новые композиции!» — вспоминает Игорь Кущев. Он был на пять лет старше Юрия, их отношения были непростые, перед самой смертью Хоя музыканты помирились, но так и не договорились о самом главном… 


«Юрка хотел назвать группу «Год Дракона»

— В ваших интервью я читала историю о том, что в «Сектор Газа» вы попали случайно — можно сказать, между делом зашли на прослушивание. Так и было?


— В общем, да. Я тогда работал гитаристом в ансамбле «Птица счастья» при филармонии. Мы только приехали с гастролей, и я временно слонялся без дела. А тут мой знакомый Серёжа Тупикин (будущий бас-гитарист «Сектора Газа». — «Ё!») — он тогда работал в радиорубке в ДК 50-летия Октября — говорит, мол, там какие-то парни свой первый альбом записывают, очень смешной, все просто катаются. Говорит, приходи, им гитарные партии нужно записать. Я пришёл. Вижу, обычные пацаны. Но тут Юрка запел свою песню «Я мразь». Он с подчёркнуто серьёзным видом выводил: «Я — тифозник, я — козёл, я семью свою извёл. Я помог соседке лечь пораньше в гроб». Это было очень комично — я играл, стиснув зубы, и аж не дышал, чтобы не расхохотаться. Понимаете, в песнях этих пацанов чувствовалась безбашенность, свобода, это была отдушина. Позже, когда я уже играл в «Секторе», мама не раз меня спрашивала: «Игорёк, вас за эти песни не посадят?» Одни строчки из композиции «Попец» чего стоили: «Я кланяюсь начальнику, ведь он — второй отец! Но надо только вовремя подлизывать попец!»

В общем, в тот день мы записали то ли семь, то ли восемь песен. И Юрка сказал: «Приходи к нам, с тобой мы попрём!»

— Вы помните момент, когда проснулись знаменитыми?

— Октябрь 1989 года, двадцатые числа — тогда мы выступили на стадионе «Буран» на левом берегу вместе с Егором Летовым и группой «Гражданская оборона». Кстати, прозвище Хой у Юры появилось как раз благодаря Летову — у него в песнях часто встречаются эти панковские выкрики, и Юрка с друзьями любили их повторять. Сидят в компании: «Хой-хой, хой-хой», так за ним и закрепилось это словечко.

Так вот, в тот день лил дождь, но аккурат перед концертом закончился. А после выступления снова пошёл — прямо мистика. Я выхожу на сцену — семь тысяч человек, никогда столько людей не видел! Беру первые аккорды песни, кажется, это был как раз «Колхозный панк» — и мне начинают подпевать! Я был потрясён. А к концу выступления зрители просто бесновались, к нам подбежали полицейские и кричат: «Ребята, уходите, мы их не удержим!»

— Это был первый ваш концерт с таким количеством зрителей?

— Да. Сначала «Сектор Газа», ещё до моего прихода, выступал в воронежском рок-клубе. Кстати, именно Кочерга, он же Ухват (организатор рок-клуба Александр Кочерга. — «Ё!») предложил ему назвать коллектив «Сектор Газа» — ну просто потому, что эта территория (регион в Палестине, где постоянно происходили арабо-израильские столкновения. — «Ё!») у всех была на слуху, там постоянно что-то случалось. Юра сначала был против. Он хотел назвать группу «Год Дракона», так как сам родился в этот год, и выколоть себе на ногах татуировки в виде драконов. Но потом согласился и даже написал знаменитую песню о воронежском районе, где он жил: «Сектор Газа» — Шинный, ТЭЦ, ВоГРЭС, СК, «Сектор Газа» — здесь не дожить до сорока».

— Какие из выступлений вам особенно запомнились?

— Тут всего не перечесть! Помню, как на концерте в Нововоронеже с Тупикина поклонницы сорвали штаны. Сначала одну штанину, потом другую — так что он, можно сказать, доигрывал в шортах. Ткань разорвали на клочки и принесли нам после концерта — чтобы мы автографы дали. Похожая история произошла у меня в Подольске — я шёл с концерта с голым торсом. Юрку мы от таких «нападений» оберегали. Но однажды в Люберцах его вообще не пустили на его же собственный концерт! Мы приехали в местный ДК, Юрка говорит: «Пошли за водочкой». Ну пошли. Раздавили бутылку. Возвращаемся назад — служебный вход закрыт, а с главного нас погнали, мол, идите в кассу, покупайте билеты! Мы говорим: «Да мы музыканты!» А нам тётечка на входе: «Знаете, сколько таких, как вы, обалдуев сегодня пытались без билета пройти и уверяли, что они артисты? А ну пошли отсюда!» Что делать? Тогда же не было сотовых телефонов, позвонить нашему директору Фиделю Симонову мы не могли. Сели неподалёку на ступенечки, сидим. А внутри народ беснуется, требует музыкантов на сцену. В общем, хорошо, Фидель сообразил, выбежал на улицу и нас нашёл. А то бы концерт так и не состоялся!

А в Рязани Юра вдруг решил сыграть «Снегурочку» — песню, где очень много мата. Его не остановило, что в зале сидел кто-то из начальства, чуть ли не мэр. Едва мы сошли со сцены, к нам приближаются милиционеры: «Пройдёмте!» Я Юрке говорю: «Молодец, допелся!» В машине ребята в форме достают лист бумаги для составления протокола и говорят: «Пишите: «Коляну, Женьку и Вовану от «Сектора Газа»…

— Расскажите, как появился «гимн» фанатов «Факела» «Колхозный панк»?

— Помните песню на стихи Есенина «Я московский озорной гуляка»? Знаете, что у неё общего с «Колхозным панком»? Один и тот же рифф, то есть рефрен, мелодическая основа. А в тексте Юрка на сто процентов описал самого себя — он ведь каждое лето проводил у бабки в посёлке Ильича и панковал там потихоньку. И действительно иногда играл на баяне! Юрка был в этом смысле уникальный человек. Он брал любой инструмент в руки — хоть балалайку, хоть баян, — моментально его осваивал и уже через пять минут наигрывал какую-то мелодию.


Игорь Кущев родился в Новомосковске Тульской области. До трёх лет прожил там же, у бабушки, а затем его забрали родители в Воронеж. Будущий музыкант окончил политехнический институт по специальности радиотехник, а затем музыкальное училище по классу домры. Объясняет, что выбрал этот инструмент, потому что учился играть на нём в детстве, в кружке. Гитару Игорь освоил самостоятельно. После ухода из группы «Сектор Газа» Игорь создал музыкальный коллектив «Школа» — он просуществовал до 1994 года. В 2000-м вернулся на сцену с проектом «Ex-Сектор Газа», который вызвал противоречивые чувства у фанатов. За четыре года Игорь Кущев с музыкантами выпустил три альбома. Песня «Допился» с пластинки «Огненный рай» в 2008 году вошла в саундтрек фильма Гая Ричи «Рок-н-ролльщик». Игорь Кущев и сейчас продолжает заниматься музыкой, пишет песни и инструментальные композиции. А ещё он отец пятерых детей — у него две дочери и трое сыновей.

Ранее военный оркестр сыграл песни "Сектора Газа"


Новости на Блoкнoт-Россошь
0
0
r2